Европейская интеграция как государственная идеология и социальная болезньИтак, на протяжении двух десятилетий Республика Молдова продолжает быть доминируема самым модным после падения СССР публичным дискурсом, коим является европейская интеграция. Именно эта доминанта заменяет собой национальную идею как для узурпирующего власть в 2009 году правящего альянса, так и для политических и гражданских групп, отрицающих нынешнее правление. Критики правления со стороны тех, кого условно можно назвать правыми либералами, отрицают нынешнюю власть не за её внешнеполитический курс, а лишь за её промахи на пути евроинтеграции. Таким же образом подвергаются критике  неудачи связанные с проведением реформ, которые рассматриваются как повестка дня для политик всех государственных институтов, полностью вытекающие из директив ЕС, МВФ и Всемирного Банка. А западные дипломаты, особенно послы ЕС, Германии и США, регулярно дают публичные советы, основывающиеся на той же идее евроинтеграции, которая рассматривается как конечная остановка для «истории успеха» Республики Молдова.

Государственная система образования навязывает ученикам и студентам обязательные уроки о все той же европейской интеграции. Существуют даже конкретная специализация в ВУЗах, которые готовят конвейерным образом обладателей дипломов в данной области. Тысячи молодых людей заканчивают мастераты и пишут докторские работы, посвящённые той же интеграции е ЕС.

Медия мейнстрим также перенасыщен проевропейским дискурсом, который ежедневно подпитываемым когортой дежурных экспертов и аналитиков, обученных и финансируемых Фондом Сороса и другими европейскими и американскими фондами, которые поддерживают «развитие демократии» в странах как Республика Молдова. Именно дюжина хорошо натасканных прозападных профессиональных комментаторов выступает в роли обладателей истины в последней инстанции. Это они раздают оценки всем публичными акторам, выступая в роли клира нового культа демократии и прав человека. А в качестве обязательного ингредиента данной идеологии присутствует демонизация России и сакрализация Запада (США, ЕС, МВФ, ВМ, ВТО).

Либеральная парадигма, удачно именуемая и «либеральным вирусом», стала настоящей государственной идеологией. И это вопреки тому, что Статья 5 (2) Конституции предусматривает что «Никакая идеология не может устанавливаться в качестве официальной государственной идеологии». Таким образом, молдавское общество оказалось в концептуальном тупике. И вся социальная динамика есть не более чем топтание на месте или движение по кругу.

Евроэнтузиасты, завороженные новой религией и ставшие ее активными практикантами, даже не утруждают себя проведением корректных сравнений. То есть, посмотреть,  что происходит в экономической и социальной сфере, в культуре, в образовательной системе и.т.д. бывших коммунистических стран. Они не утруждаются вникнуть в истинные причины экономического кризиса в Греции, Испании, Португалии и др. Не стремятся уловить масштабы и последствия беспрецедентной волны иммигрантов для будущего Евросоюза.

Невоенные войны (non-military wars), применяемая с максимальным успехом против стран как Республика Молдова, посредством всей пропагандистской машины, масс-культуры и потребительства, преследует парализацию любого критического подхода, самой способности к логическому мышлению и навыков прослеживания причинно-следственной связи. Промывание мозгов как инструмент контроля над обществом свойственно не только бывшему коммунистическому режиму. С еще большим успехом она применяется под властью так-называемых демократических режимов.

Наблюдая за этими печальными реалиями, самое время обратить обществу полное горечи приветствие: «С возвращением в СССР!». Триумфальный марш Советской Власти и чеканная поступь к светлому коммунистическому будущему были с легкостью заменены тем, что новая партийная и государственная номенклатура называет «европейским путем». Коммунистическая догма была заменена на (нео)либеральную, а идолатризация трио Маркс-Энгельс-Ленин – обожествлением европейских  комиссаров и эмиссаров МВФ. Религия прав человека в первертном понимании западных апостатов стала обязательным культом и системой координат для всего общества, в особенности для той её части, которой ошибочно приписывают имя «национальной элиты».

В качестве обязательных мировоззренческих элементов посвященных в новую веру являются лаицизм (т.н. светский характер) и антиклерикализм. Открыто враждебное отношение к Церкви сходит на нет лишь по случаю Пасхи и Рождества Христова, дни в которые государственная и партийная номенклатура позирует перед телекамерами в кафедральном соборе столицы,  держа в руках огромные свечи и неуклюже напуская  на себя маску благочестия. Этим запоздалым жертвам Французской Революции, как и большевицкого переворота в той же мере, шумно кичащимися своим парадным антикоммунизмом, следовало бы попытаться понять, почему в 1918 году клика Владимира Ульянова (Ленина) и Льва Троцкого издала печально известный указ об отделении Церкви от Государства и Школы от Церкви. В той же мере им бы следовало задуматься над духовным, мистическим смыслом – превосходящим сухую фактологию – террора и геноцида христиан, развязанного французскими революционерами и повторенного в значительно больших масштабах группой конспираторов, захвативших власть в России в 1917 году.

На протяжении полувека в школьных классах и в читальных залах библиотек место икон занимали портреты Ленина. Но после падения коммунизма его образ не был заменен иконами, а портретами более или менее значимых писателей, что представляет собой иную форму идолопоклонства.  Речь идет о старом конфликте эпохи Модерна между культурой и культом, или, иными словари, о секуляризации культуры,  об её скатывании в паутину антропоцентризма. Люди,  воспитанные при советском режиме, как и те, кто сформировался в постсоветский период, находясь в поисках дополнительных аргументов, обычно прибегают к цитатам из классиков национальной и всемирной литературы. Тех, кто знает наизусть Отче Наш, читают Библию или патристику, совсем немного. Эта духовная пустота и религиозная слепота сегодня представляет собой самую тяжелую социальную болезнь нашего общества. К великому сожалению, мы не являемся исключением, а вписываемся в длинную череду стран познавших падение из коммунистической в либеральную действительность.

Понимание экономических реалий также является жертвой либеральной парадигмы. Весь набор мифов капитализма в его неолиберальной версии Чикагской школы – дерегламентация„ small government” (ограниченные полномочия правительств), „невидимая рука рынка”, свободный обмен (свободное передвижение товаров, денег и услуг), глобализация, устранение таможенных барьеров, подчинение бюджетных и налоговых политик директивам МВФ, массовая приватизация, включительно передача рентабильных госпредприятий, зачастую стратегического значения, в частные руки –   все это является частью той же религии, послушно и благоговейно исповедуемой нашими и другими «счастливыми рабами». Экономика, понимаемая как точная,  объективная наука, с незыблемыми правилами является священной моделью, довлеющей как над умами политического класса, так и в системе образования.

Соотношение между идеологией и экономикой, и что последняя вытекает из первой  остается практически неосознанной вещью. Даже политический лагерь, демонстрирующий шумный патриотический дискурс и аппелирующий к истории и национальной культуре, не сумел определиться, что на самом деле означал бы национальный проект экономического развития. Как должна выглядеть бы экономического суверенитета, экономического патриотизма, справедливо называемом и экономическим национализмом.  Что, кроме искренней грусти, может вызывать наблюдение за местными патриотами, продолжающими бороться с давно усопшей советской империей и безсознательно капитулирующими перед единственной глобальной американской иимперией с её региональным вассалом в лице Евросюза?  Что, кроме разочарования, способны вызвать люди претендующие на звание защитников национальных интересов, а на самом деле активно способствующие процессу вассализации, порабощению и десуверанизации страны? Сколько из них в состоянии вникнуть в суть новых геополитических реалий в мире, где национальные государства в качестве субъектов международного права подрываются и порабощаются транснациональными корпорациями, акулами спекулятивного капитализма, опустошающими целые регионы планеты, подчиняя и ввергая в нищету страны и народы, ставшие жертвами этого нового типа колониализма? К сожалению, совсем немногие.

В то время как в странах Европейского Союза и в США выходят в свет тысячи академических работ, существует множество альтернативных медия платформ и наблюдается все более усиливающийся подъем антисистемных партий, которые артикулируют серьезную критику слева и справа, в Республике Молдова практически весь истэблишмент продолжает блуждать в либеральной парадигме.

В Республике Молдова коллективное усилие национального подъема и осознания более достойной судьбы может начаться по-настоящему лишь с того момента, когда те, кто считают себя интеллектуалами смогут вырваться из тисков обыденного мышления (common thinking), превозмогут штампы интерпретации действительности, сбросив шоры и взглянув на окружающий мир во всей его сложности и драматизме.

Отказ от собственных предубеждений представляет собой самое тяжелое усилие, которое должен предпринять каждый человек, созданный по образу и подобию Божьему, наделенный разумом, но верой в трансцендентальную, трансисторическую, мистическую роль человеческого бытия. Поскольку без подобного усилия, осознанного со всей ответственностью, любая смена власти будет представлять не более чем смену декорации и набирающее обороты соскальзывание в новые политические, экономические и духовные поражения.

 

ЮРИЙ РОШКА